В гостях у Кузькиной Матери

[Кузькина мать]

Шампанское стали плохое делать.
Бывало, раньше выкушаешь бокальчик, так сразу разбойный посвист, колокольчик под дугой, тройка мчится к Яру, лейб-гусар под меховой полостью нежно пожимает руку.
Пляшешь по-цыгански отчаянно в салоне парохода с усатым пароходовладельцем, сзади гребет бледный жених, шепчет: ужо тебе, вертихвостка.
Или напротив того, на Ривьере танцуешь танго «Маленький цветок» с молодым миллионером, платье шемизье, шляпка-клош, жемчужная нить до колен.

Просыпаешься на чьей-то вилле в Венеции, из одежды на тебе новая соболья шуба, мужская сорочка и чулки.
Человек, шампанского! Клико! И пошло по новой.

А нынче выкушаешь — просыпаешься в своей постели, в своей ночной рубашке.
Макияж на ночь смыла, лицо кремом намазала.
Перед сном, видать, пыталась читать «Цветочки» Франциска Ассизского, да сморило.

Дрянь стало шампанское, я вам точно говорю.

Наталья Кочелаева